Эротический массаж

Мне бы хотелось снять с тебя хоть немного усталости после тяжёлого дня – давай я сделаю тебе массаж? Смотри, какой удобный и мягкий массажный стол. Давай я тебе помогу раздеться, моя милая – расстегну пуговички на блузке и сброшу её с твоих плеч, расстегну твою юбку и сниму её с тебя. Садись на стол – я сниму с твоих уставших ног туфельки, встану и помогу тебе расстегнуть бюстгальтер. Его чашечки упадут тебе на бёдра, а я нежно поглажу тебя ладонями по спине и по груди, там где на коже остались следы жесткой ткани бюстгальтера.

Ты приподнимешь бёдра и я сниму с тебя твои трусики. Ложись поудобнее, моя соблазнительная, и почувствуй, какой это комфорт и расслабление – снять с себя всю надоевшую одежду и лежать совершенно голой, расслабившись и растянувшись поудобнее на массажном столе. Я остановлюсь у твоих ног и начну массировать твои ступни, так уставшие за день, твои прелестные пальцы ног, твои пяточки и изящный подъем стопы.

Мои ладони переместятся выше, на икры и на чувствительные коленки – тебе нравится, когда мои пальцы вот так массируют твою коленку? Вот так ещё и ещё, мои ладони двигаются по нежной коже твоих ног, нажимают на усталые мышцы, массируют каждый сантиметр твоего тела. Я медленно перемещаюсь чуть выше, вот мои руки уже на твоих бёдрах – ты лежишь закрыв глаза и чувствуешь, как я втираю массажное масло в твои ноги, ласкаю внутреннюю и внешнюю сторону бедра.

На твоём теле остался едва заметный след от ткани твоих трусиков – резиночка на поясе и две линии на бёдрах, сходящиеся прямо к интимным губкам. Это выглядит так мило и так соблазнительно – я провожу кончиками пальцев по этому следу, зная, какой чувствительный этот участок кожи. Пусть он отдохнёт под моими прикосновениями, пусть твоя нежная белая кожа разгладится и забудет о белье и одежде до самого утра.

Я нежно-нежно массирую твой животик и затем кладу ладони на твои груди, на твои прекрасные соски. Убираю руки, массирую ложбинку между грудей и уставшие мышцы над ними – они такие чувствительные к массажу, вот эти мышцы прямо над грудью, ммм... Твои плечи даже вздрагивают, когда я провожу ладонью по линии от плеча до груди.

Кладу руки на твои плечи и делаю массаж здесь, от шеи и к самому краю плечей – это очень уставшая кожа. Твоё лицо тает в блаженной улыбке, а я начинаю массировать твои предплечья, локотки, руки, беру твои ладони и нажимаю пальцами на чувствительные зоны между пальцев, на тыльной стороне кисти и на самой подушечке ладони.

Твои глаза закрыты и я начинаю с удовольствием делать массаж твоего очаровательного лица. Подушечками пальцев нажимаю на усталые мышцы щек, разглаживаю твои бровки, массирую лоб и запускаю пальцы в твои волосы, чтобы сделать массаж кожи головы. Она такая сверхчувствительная, ммм... Я пропускаю твои шелковые волосы сквозь пальцы, массируя твою прелестную головку.

Ты улыбаешься, я целую тебя в розовые губки и переворачиваю на животик. Снова запускаю руки в твои волосы, заканчивая массаж затылка, и массирую сзади твою уставшую шейку, твои плечи и спинку. Мне нравится, какая у тебя красивая спина – она такая нежная и бархатная на ощупь. Я упругими движениями постепенно спускаюсь к твоей соблазнительной попке, массирую полушария и с удовольствием мну их своими ладонями.

Затем я перехожу на мышцы ног, их особенно удобно массажировать, когда ты так лежишь – сзади они очень чувствительны, и я разминаю их столько, сколько нужно. Мои пальцы массируют тебя под коленками, расслабляют твои уставшие икры и спускаются  к пяточкам.

Я массирую твои ступни и любуюсь тобой, полностью расслабленной и довольной, такой красивой и полностью обнаженной. Мне нравится, что ты сейчас доверила своё прекрасное тело мне, и поверь, я получил от этого массажа не меньшее удовольствие, чем ты...

Утренний сюрприз

Её рука скользнула по моей груди и плечам, и я проснулся от этого прикосновения. Тонкие девичьи пальчики осторожно исследовали моё тело под простынёй, постепенно спускаясь вниз. Не открывая глаз, я стал вслушиваться в ощущения.

Нежная ладошка коснулась живота, стыдливо погладила меня по бедру, а потом осмелела и коснулась плавок. Её пальцы сыграли быстрый аккорд на моей выпуклости, на мгновение сжали ствол сквозь ткань и снова погладили мои плавки. Ах, ну зачем я их снова надел этой ночью?

Девушка осторожно повернулась и стала перемещаться вниз. Я почувствовал, как она прижалась к моей правой ноге и нежно поцеловала моё бедро. Потом она приподнялась, стащила с себя майку и легла на мои ноги голой грудью. Я почувствовал её упругие соски и прохладную нежную кожу полушарий.

Она ещё несколько раз поцеловала мои бёдра и живот, а потом тонкие пальцы ловко подцепили резинку моих плавок и потянули их вниз. Я чуть приподнялся, и девушка моментально стащила их с меня. Нежно толкнула меня в колено, заставив раскинуть ноги в стороны, и удобно расположилась у меня между ног.

Я почувствовал её тонкие пальчики на чувствительной коже мошонки, и влажные поцелуи на внутренней стороне бедра и на коже вокруг члена. Её язычок легко прикоснулся к моим яичкам и стал их вылизывать снизу вверх, сначала пролизав ложбинку посередине, а потом лаская каждое по очереди.

Прохладная ладошка обняла ствол моего члена у основания и сжала его. Я почувствовал горячее движение её язычка от самого низа яичек по стволу и вверх до головки. Острый кончик языка нежно потеребил самый кончик головки, чуть ли не стараясь проникнуть в узкое отверстие на ней, а потом она стала вылизывать основание головки, обводя его язычком со всех сторон.

Через мгновение горячее кольцо её губ охватило мою головку, и по тянущему ощущению в члене я понял, что девушка её старательно сосёт. Упругие губы скользили по головке вверх и вниз, а девичья ладошка тем временем ласкала мои яички и ствол.

Девушка сдвинулась в сторону, оседлала мою правую ногу и продолжила сладостную пытку. Я ощутил, как её груди касаются моей ноги, и как её трусики трутся об меня -- она сильно прижималась ко мне лобком, явно получая удовольствие от этой игры.

Член скользнул глубже в её ротик, и головка приятно упёрлась во вход в горло. Девушка сделала несколько подготовительных движений и вдруг насадилась на член так, что её лицо практически упёрлось в мой лобок. Стенки горла сжали головку со всех сторон, а губки обняли основание так, что я зарычал от удовольствия.

Она осторожно снялась с члена и снова приняла его в рот глубоко-глубоко, доводя мои ощущения до безумия. Упругое кольцо губ на самом основании члена, язык в нижней части ствола, головка в самой глубине... Девушка чуть напряглась и стала двигать головой вверх-вниз, насаживаясь на мой член -- весь мокрый от её действий, скользящий в её горле легко и упруго...

Я больше не мог выносить этой пытки. Ствол начал пульсировать, фонтан спермы выплеснулся прямо ей на язык, на самое основание, ещё один и ещё. Всё моё тело непроизвольно изогнулось, в основании члена будто звенела натянутая струна удовольствия, проходящая сквозь всю его длину прямо в открытый девичий ротик.

Девушка попыталась сглотнуть всё то, что попало ей на язык, облизнула и проглотила белые капли с губ, а потом обратила внимание на всё ещё пульсирующую удовольствием головку. Приложилась к ней поцелуем и медленно высосала, вытянула из неё последнюю порцию спермы. Напоследок облизала ствол и откинулась в сторону, отдыхая.

Её ноги всё ещё обнимали мою ногу, влажные трусики касались моей ноги, а длинные волосы разметались и прохладной волной легли на моё бедро. Я погладил её по голове, не в силах сказать или сделать что-либо ещё, и закрыл глаза.

Корсет и чулки

Всю дорогу ты бросаешь на меня таинственные взгляды из-под длинных ресниц. Как будто испытываешь или собираешься сказать что-то неожиданное. Твои руки спокойно придерживают сумочку, лежащую на коленях, и я не вижу в твоей позе никаких признаков напряжения. Только эти взгляды... Я не выдерживаю и на мгновение отвлекаюсь от дороги:
— Что?
— М? — ты сжимаешь губки и изящно поднимаешь брови. — Что "что"?
— Что ты хочешь мне сказать?
— Ммм... мне нравится, как ты вдумчиво ведешь машину. Как твои руки лежат на руле. Наверное, это?

— Не совсем. Ты явно что-то задумала. Что?
— Ах, вот ты о чем. — ты загадочно подмигиваешь мне. — Это сюрприз. Я тебе дома покажу.

Я киваю и сильнее нажимаю на газ.

***

Мы прибываем ко мне домой и я помогаю тебе снять пальто. Ты поражаешь меня своей женственностью: даже когда ты просто вынимаешь руки из рукавов или поправляешь волосы, ты изящна и соблазнительна в каждом движении. Я на миг замираю, вдыхая аромат твоих волос, поворачиваю тебя к себе лицом и чувственно целую в губы.

В этом поцелуе воплощается вся моя власть над твоим телом. Я чувствую, как овладеваю твоим желанием, ты отдаешься мне вся без остатка, вкладываешь всю свою страсть в ответные движения. Где-то на краю сознания я понимаю, что в то же время обнимаю тебя, глажу по плечам и рукам, крепко прижимаю тебя к себе.

— Погоди... — ты ловко выскальзываешь из моих объятий. — Дай мне минутку.

Ты скрываешься за дверью спальни и я слышу звук молнии и шелест твоего платья — и просто изнываю от нахлынувшей волны желания. Но из спальни предупреждающе доносится "Не входи!"

Твои острые каблучки выдают твоё возвращение — ты театрально распахиваешь двери и замираешь в дверном проёме, выпрямившись и демонстрируя себя: высокая женщина с прекрасной фигурой, одетая только в чёрный корсет и черные кружевные трусики. На стройных ногах элегантные чулки и туфельки на шпильке.

Я ещё не видел на тебе этот умопомрачительный комплект белья. Твоя фигура выглядит в нём  идеально — настоящее средоточие женственной страсти и соблазна.

Выпутавшись из состояния транса, в которое меня ввёл твой наряд, я замечаю, как внимательно ты смотришь на меня. Набираю воздуха и стараюсь в словах выразить то, как ты прекрасна и сексуальна, и какое впечатление это производит на меня.

Ты всё ещё стоишь в дверях, наслаждаясь произведенным эффектом и излучая сексуальное желание, и я подхожу ближе. Открыто рассматриваю тебя, твои открытые плечи, округлые груди в корсете, женственные бёдра и стройные ноги в чулках.

Я кладу руку на твои плечи, глажу тебя по рукам и опускаю ладонь на твои груди. Провожу по бархатной коже твоих полушарий, а потом по упругой дорогой ткани корсета, поддерживающей их снизу. Моя рука властно ощупывает тебя, мою женщину — по обтянутым тканью бёдрам я спускаюсь на треугольник трусиков.

Накрываю ладонью спереди твои трусики и слегка нажимаю, забираю в неё всю твою интимную прелесть — от лобка до половых губ — и чувствую, как нежная кожа пружинит под тканью, вдавливая лобок и лепестки вульвы в мою ладонь. Я ещё немного собираю пальцы вместе, наслаждаясь этим ощущением нежного тела на подушечках пальцев, держу тебя между ног и впитываю горячий жар твоей промежности, чувствующийся даже сквозь бельё.

Ты как будто немного приседаешь, нажимая промежностью на мою ладонь, и чуть прикрываешь глаза. Я отпускаю тебя и начинаю игру снова: ласкаю ладонью твои тугие груди, глажу твоё тело, провожу пальцами по лобку и опять накрываю ладонью твою промежность сквозь трусики. Я повторяю движениями контуры белья на твоём теле, словно исследуя тебя всю, властно прикасаюсь к чему захочу и внимательно смотрю в твои глаза.

Ты покорно отдаешься этим движениям, прикрываешь веки и подаешься навстречу каждому прикосновению. Не в силах больше терпеть, я впиваюсь поцелуем в твои прекрасные губы, прижимаю тебя к себе и ласкаю, пока голова не начинает кружиться от поцелуев и безумного желания.

Повернув тебя лицом к столу, я заставляю тебя наклониться и опереться о него руками.

Подхожу сзади и сдергиваю, стягиваю твои прелестные трусики чуть ниже бёдер. Это незабываемая картина: твои волосы волнами спускаются вниз на плечи и грудь, стройные ножки в чулках и туфельках расставлены в стороны острой буквой Л, красивая спина затянута в корсет, ниже которого белеют округлые голые ягодицы.

Меня не нужно упрашивать — блестящая от влаги головка моего члена уже касается твоих жарких губ, раздвигает их и проталкивается внутрь, я наполняю твоё жаждущее тело своим членом, держу тебя за бёдра и насаживаю тебя на него, ещё и ещё, глубже и глубже.

Протягиваю пальцы, чуть распуская корсет. и позволяю твоим грудям вырваться на свободу и колыхаться в такт с моими сильными движениями. Я вхожу в тебя снова и снова, глубоко вталкивая в тебя член, так что он заполняет тебя всю... Я ласкаю твои голые ягодицы, дотягиваюсь до грудей, глажу ноги по упругой ткани чулок.

Твоя попка краснеет от моих ударов, твои стоны ласкают мой слух, и твои стеночки начинают сжимать мой ствол упругим кольцом. Я вхожу в тебя всё сильнее, делая глубокие движения, и вот твои ножки почти подкашиваются — не будь ты так нанизана на мой член и не придерживай я тебя за бёдра — ты наверняка упала бы на колени. Я замер и чувствую, как горячие стеночки пульсируют, вздрагивая от моего малейшего случайного движения. Ты кончаешь, вздрагивая и стискивая пальцами край стола.

Я даю тебе отдышаться и делаю ещё несколько движений, наслаждаясь тем, какой сильный эффект они производят на тебя и твои сверхчувствительные лепестки. Потом вынимаю член и опускаю тебя на колени.

Ты мягко берёшь напряженный ствол в ладонь, обнимаешь губками головку и нежно сосёшь её, иногда останавливаясь и вылизывая гладкую блестящую кожу язычком. В самый ответственный момент целуешь кончик члена и упругая белая струя выплескивается прямо на твои губы... Я закрываю глаза и только чувствую, как твой ротик осторожно облизывает капли спермы, то и дело выплескивающиеся из вздрагивающей головки.

Открываю глаза и благодарно смотрю на тебя — довольную, строящую мне глазки... Взрослая прекрасная женщина и весёлый бесёнок в одном теле!

Утром в кафе

— Я хочу, чтобы ты кончила прямо здесь.
— Что?!

На твоём лице отражается вся гамма эмоций от изумления до возмущения: ты явно не ожидала услышать это в кафе, где хоть и не очень людно с утра, но всё равно посетителей хватает. Я слегка наклоняюсь к столику и ловлю тебя под ним ладонью за щиколотку.

— Ты помнишь, как это было вчера вечером? Ты лежала передо мной раскрытая и доступная, одна нога высоко вверх, вторая откинута в сторону, а я держал тебя вот так же и гладил по внутренней стороне бедра. Помнишь?

— Да...

Я не выпускаю твою ступню из рук, держа и чуть лаская её.

— А помнишь, как я потом положил её себе на плечо и одной рукой массировал твой клитор, а пальцами другой проник внутрь и ласкал тебя изнутри?

— Да-а...

— А потом я забросил твои ноги на плечи и вошёл в тебя, и ты была невероятно влажная и горячая там внизу. Ты помнишь это ощущение — мой член внутри тебя? Твёрдый и сильный, распирающий тебя изнутри.

Я тщательно проговариваю слова. Твои глаза блестят и ты только киваешь мне в ответ, чуть подвигаясь на стуле ближе ко мне.

— Не ёрзать! Я запрещаю тебе двигать бёдрами, пока я не скажу.

Ты послушно замираешь. Я вижу, как ты изнываешь от желания. Под твоим легким летним платьем надеты тонкие трусики, и ты явно хочешь если не запустить туда руку, то хотя бы почувствовать, как полоска ткани надавливает на возбужденные губки.

— Ты хочешь меня?
— Да, очень!
— Ах ты похотливая сучка! Только и ждёшь, чтобы насадиться на мой член?
— Да! — ты прикусываешь губу, глядя на меня.
— Хочешь почувствовать, как я кончаю в тебя, сучка? Выпить своим телом мою сперму?
— Да, да!

Ты взрослая женщина, твой муж в командировке уже третий день, и все эти три дня ты отдаешься мне как последняя развратница, эксплуатируя своё прекрасное тело день и ночь.

— Я разрешаю тебе двигать бёдрами на стуле и сжимать ноги, если хочешь. Кончай прямо здесь, шлюха.
— Да... — ты шепчешь еле слышно.
— Я оттрахаю тебя прямо здесь, на столике в кафе. Раздену и поставлю раком, чтобы все видели твоё лицо, твои груди и задницу, похотливая шлюха. Оттрахаю так, чтобы слезы катились по твоим щекам, чтобы ты умоляла меня не останавливаться ни на секунду. Ты хочешь этого?

Твои щеки горят, губы приоткрыты и я едва слышу твоё очередное "да".
— Говори, сучка, ты хочешь меня? Хочешь отдаться мне прямо здесь?
— Да! Да, хочу!
— Хочешь, чтоб я взял тебя за волосы, прижал голой грудью к вот этой витрине и трахал тебя стоя на глазах у всей улицы?
— Да-а...
— Кончай прямо здесь, сейчас же. Я разрешаю тебе трогать твои соски.

Твои пальцы немедленно нащупывают острые соски под тканью платья и сжимают их, по возможности незаметно для окружающих. Я вижу, как ты бросаешь быстрый осторожный взгляд в сторону, в зал кафе. Я же смотрю только на тебя.

— Ты течешь, сучка? Ты вспоминаешь ощущение от моего члена в тебе?
— Да, я очень хочу его...
— Давай, кончай немедленно. Я хочу почувствовать, как твои пальцы на ногах сожмутся от оргазма. Кончай, сучка!

В твоих глазах мольба и желание подчиняться приказам. Бёдра ерзают на стуле и руки мнут платье на груди.
— Кончай, пусть все видят, кто ты такая! Шлюха, продажная похотливая шлюха. Давай, надавливай трусами на клитор как следует, я не могу долго ждать.

Моя ладонь сжимает твою голую ступню, я с удовольствием наблюдаю твои мучения.
— Кончай же! Покажи своему хозяину, какая ты послушная сука. Ну-ка, кто твой хозяин?
— Ты...
— А ты кто?
— С-с-сучка...
— А ещё?
— Шлюха, похотливая продажная девка.

Ты закатываешь глаза, продолжая ерзать бёдрами.
— Давай, вдавливай клитор в трусы поплотней. Мечтай о том, чтоб обслужить своей дыркой мой член. Ты хочешь почувствовать его внутри?
— Да, очень!
— Кончай, я жду. Сейчас же!

Ты едва сдерживаешь стон, твоё тело содрогается и руки непроизвольно стискивают твои груди. Я чувствую, как твоя нога судорожно напрягается и расслабляется.

— Сними трусы и отдай мне, сучка. Я хочу, чтоб ты чувствовала каждую вытекающую из тебя каплю, пока мы будем идти домой. Пошли.

Видеочат с молодым любовником

Я готовлю себя к нашей встрече сегодня вечером. Выхожу из душа, вытираюсь тёплым махровым полотенцем и стою голый, размышляя – надеть белое или чёрное бельё? Пожалуй, белое. Оно тебе так откровенно нравится! Смотрю на себя в зеркало – загорелые плечи, узкие бёдра в облегающих белых боксерах, мокрые волосы... Я уже представляю твои пальчики, словно коготки на своей груди: ты так любишь процарапать ими по моей груди вниз... А новый аромат моего одеколона сегодня точно сведёт тебя с ума!

Высушиваю волосы, надеваю рубашку и брюки, застегиваю, завязываю, зашнуровываю, тем временем представляя себе, как одеваешься ты... Кстати, обожаю смотреть, как ты одеваешься! Интересно, в чём ты будешь сегодня? Как тебе удаётся переодеваться во все эти соблазнительные наряды прямо на работе? Замечают ли твои коллеги, что ты выпорхнула из офиса не в том, в чём пришла?

Занятый этими мыслями, я сажусь в машину, подъезжаю поближе к твоему офису и останавливаюсь у заснеженной обочины на соседней улице. Обычно ты выходишь из здания, заворачиваешь за угол и непринужденно вытягиваешь руку, будто ловишь машину. Вряд ли кто-то заметит, что подъехавшая машина стояла в ожидании за перекрёстком, а не просто проезжала мимо.

Но сегодня что-то не так: тебя нет уже двадцать минут. Я достаю свой ноутбук и запускаю чат — ты уже там, онлайн.

— Привет, Наташенька! Есть минутка?
— Для тебя всегда, привет!

Ты некоторое время что-то печатаешь, потом появляется текст. Ага, тебя задержали на работе на полтора часа, какой-то дурацкий приказ по повторной проверке отчётов, которые нужно обязательно сдать сегодня. Ты лениво перебираешь бумажки в своём кабинете, уверенная, что в твоих отчётах всё правильно.

— Натуля, а ты одна в кабинете?
— Конечно, а что?
— Включи видео? Я соскучился по тебе, очень хочу тобой полюбоваться.
— Ты что, услышат же!
— А ты включи без звука?

Она пропадает на минутку, потом появляется крошечное окошко видеочата. Моя камера тоже включается, я улыбаюсь и посылаю воздушный поцелуй. Наташа ловит его ладошкой и "целует" меня в ответ.

— Ты прелестно смотришься в этом платье! Ммм, какие плечики и декольте.

Декольте приковывает взгляд даже в таком маленьком окошечке. У Наташи очаровательная грудь, и платье замечательно её подчеркивает. Мы обмениваемся игривыми шалостями, обсуждая в чате наташины формы.

В какой-то момент она подхватывает свои полушария руками и приподнимает их, гордо демонстрируя мне их размер и приятную округлость.

— Это что ты мне сейчас показала, складочки на платье?
— Какие складочки?? Груди, твои любимые.
— Не знаю, я вижу только ткань платья. Ну ещё контуры бюстгальтера, похоже. Там ещё что-то есть?
— Ах ты, негодник! А то ты как будто не знаешь, что там есть?!

Я улыбаюсь, глядя на её деланно возмущенное лицо.

— Ммм, не знаю. Разве что-то есть? Покажи?
— Алекс, я на работе!! Даже и не думай!

Её очаровательные глаза сверкают игривыми молниями.

— Наташенька, ну на минутку всего. У тебя в кабинете всё равно никого нет...

Она неумолима:

— А если зайдут? В любую минуту зайдут, а я тут в таком виде?! Да и как ты себе представляешь, я должна платье и лифчик снять, что ли?
— О-о, если бы ты только знала, как именно я это представляю. Там правда так красиво, как я себе представляю?
— Представляй что хочешь, я не собираюсь оголяться на работе!

Она всем своим видом показывает, как невероятно возмущена. Мне остаётся только умолять её:

— Ну Наташенька, разве ты не хочешь свести меня с ума?
— Алекс, ты и так сумасшедший! Нет!
— Сведи меня с ума ещё чуть-чуть. Разве тебе не хочется этого? Я уверен, что ты уже вся предвкушаешь этот микростриптиз.
— Вот ещё чего! Даже и не фантазируй там себе.
— Наташенька! Ну такая малость...

Наташа вне себя от наигранной ярости:

— Малость?! Это ты про что, про мои прелести? Да ты знаешь, какой там размер, мальчишка?!
— Даже и представления не имею. Покажи?
— Негодяй, что ж такое-то! Покажи да покажи ему.
— Наташа, я сейчас умру прямо здесь от эротического голода. Срочно показывай, что там у тебя скрывается в декольте.

Она смеется, зажимая ладошкой свой очаровательный ротик, чтобы её не было слышно. Затем начинает делать какие-то манипуляции под своим платьем. Я вижу, как контуры чашек бюстгальтера падают вниз.

Наташа высвобождает ладони и берётся ими за края декольте. На мгновение опускает руки, печатая мне сообщение:

— Смотри во все глаза, голодающий. Запоминай как следует!

Её ладошки снова поднимаются к платью, она спускает бретельки с плеч, немного приспускает верх и открывает мне вид на свои прелестные груди. Мои глаза буквально обжигают желанием открывшееся зрелище: прекрасные белые полушария с темно-розовыми кружочками сосков. Соски возбуждены, и это распаляет меня ещё больше.

Я терзаю клавиатуру, стараясь высказать в чате всё своё восхищение и возбуждение. Впрочем, Наташа легко читает всё это в моих глазах и только довольно улыбается.

Внезапно она вздрагивает и быстрым движением натягивает платье обратно на плечи. Внимательно смотрит куда-то за монитор, потом снова на меня.

— Ой, кто-то прошёл по коридору.

Я представляю себе, как она чувствует себя в данный момент: в офисе полно коллег, а она сидит с оголённой грудью за незапертой дверью, в которую кто-то может войти в любой момент. Для них она взрослая женщина, мать семейства и главный экономист компании. А для меня — любовница с характером весёлой девчонки и телом прекрасной леди.

— Наташ, я не насмотрелся, я хочу ещё. Покажи ещё на минутку?

Она возмущается совсем немного, и снова приспускает платье. Я с упоением смотрю на её белые груди, вспоминая, какие они нежные на ощупь. Мой язык знает линии каждого полушария, мои губы касались этих сосков десятки раз... Я смотрю и смотрю, находясь в трансе своего возбуждения и вожделения.

Не выдержав, Наташа снова натягивает платье.

— Хватит, хорошего понемножку. Не забывай, я на работе!

Она очаровательна в своём возмущении. Я с огорчением думаю, что сегодня мы уже не увидимся — эти три часа, которые она бесцельно потратит на работе, мы должны были провести вместе.

— Наташенька, а чем ты сегодня хотела меня соблазнить? Какие на тебе трусики?
— Для тебя — алые. И ещё кое-что интересное. — Я вижу, как она вздыхает. — Эх, если б не эта глупость... а так придётся снова переодеваться вечером.

— Ну хоть покажи их тогда, м? — Я подмигиваю в камеру.
— Ишь ты какой шустрый, покажи ему. Не-а, не покажу!

Она улыбается, а я продолжаю уговаривать и настаивать. В конце концов, она поддаётся.

— Трусики тебе показать, значит? Ну ладно, смотри.

Она движется перед камерой, что-то делает — и вдруг на экране появляются её руки, растягивающие передо мной очаровательные алые трусики с кружевными узорами. Наташа просто сняла их с себя прямо под столом.

— Ммм, какая прелесть! Вообще-то я просил показать их прямо на тебе, а не вот так.
— И что ж, мне их теперь обратно надевать? Зря старалась?
— А ты теперь совсем голенькая под платьем?
— Да! Всё из-за тебя, мальчишка!

Её глаза смеются, а руки продолжают демонстрировать мне кружевной элемент нижнего белья.

— Я хочу посмотреть, действительно ли ты голенькая. Знала бы ты, как меня возбуждает одна мысль об этом...
— И как же я тебе это покажу? Залезу на стол?

Я смеюсь, она тоже.

— Ну что ты, Наташа, у тебя же камера на проводке. Просто спусти её под стол?
— А-а-а, вот чего ты хочешь. Подсматривать за мной?.. Так и норовишь залезть мне под юбку!
— Да, и не скрываю этого. Ты восхитительно хороша во всех местах! Дай подсмотреть, м?
— Я возмущена! Возмущена-возмущена! Там даже трусиков нет.

Несмотря на своё деланное возмущение, она снимает с монитора камеру и опускает её под стол. Картинка прыгает, потом стабилизируется и яркость постепенно выравнивается, открывая мне возбуждающее зрелище: под полотном платья женские ножки в чулках, белая кожа над оторочкой чулок, и плотно сжатые интимные губки, над которыми аккуратно выбрит крошечный треугольник волос.

Моё тело вздрагивает от возбуждения, я чувствую всю запретность того, что вижу, и наслаждаюсь этим видом. Нежные женские губки, наверняка уже очень влажные и полные желания. Жаль, камера не так хороша, чтоб это чётко увидеть.

Я не могу оторвать взгляд от интимных прелестей своей прекрасной дамы. Наташа надела чулки специально для меня. Она видит моё лицо на экране и дразнит меня, чуть разводя ножки в стороны: губки сначала становятся видны ещё лучше, потом чуть раскрываются и я замираю, разглядывая желанные лепестки.

Наташа явно забавляется, глядя на выражение моего лица. Платье на экране вдруг задирается и появляется её рука — пальчики проводят по самым краям лепестков, осторожно раздвигают их и открывают мне нежные края её интимного цветка.

Я представляю себе, как она возбуждена — в своём кабинете в офисе, без трусиков, с задранным подолом платья и вебкамерой между ног. Я сам не могу больше сдерживаться и расстёгиваю брюки, вынимая напряженный член. Быстрый взгляд по сторонам — на улицах никого, моя машина далеко от тротуара и ниже пояса меня всё равно не видно.

С нетерпением смотрю обратно на экран, на наташины игры со своими влажными губками. Её ножки расставлены широко-широко, она то погружает пальчики внутрь, то ласкает клитор, и это всё мне отлично видно. Я тоже ласкаю сам себя и она замечает это. Рука пропадает, появляется чат:

— Что это ты там делаешь, а? "Руки в брюки"?
— Оно самое. Хочу тебя безумно, милая! Не останавливайся.
— Ну-ка, покажи мне его.

Я опускаю крышку ноутбука так, чтоб мой член попал в поле зрения моей вебкамеры. Демонстрирую Наташе его как могу, потом снова поднимаю крышку.

— Ну как?
— Прекрасный. Я так его хочу. Я бы сейчас знаешь что с ним сделала?
— Ммм, что же?

Наташа печатает, а я с упоением смотрю на её промежность. Мне кажется, что я  чувствую тепло и нежность её губок прямо через экран.

— Я возьму головку в рот, тщательно оближу её и стану медленно-медленно обсасывать, как большой круглый леденец. А потом нежно-нежно вылижу твои яички, а затем и ствол со всех сторон. Представь, как мой язычок лижет твой ствол снизу вверх по всей длине...
— Ммм, продолжай!
— А потом я снова погружу головку в рот и буду стараться протолкнуть её глубоко-глубоко, в самое горло, чтобы доставить тебе максимум удовольствия, мой хороший.
— Да-а, — мой член был готов взорваться от наслаждения только от одних её слов.

Она сжала ноги и подняла вебкамеру, чтобы показать своё лицо. Я смотрел на неё, продолжая неистово ласкать себя.

— Когда он станет совсем влажный от моих ласк, я повернусь к тебе попкой и попрошу насадить меня на твой раскаленный член как можно глубже. Ты сделаешь это?
— Да, Наташенька! Да! Да!
— Смотри, это всё для тебя.

Она встала перед камерой, задрала платье и снова открыла мне свои прелести: выбритый лобок с крошечным треугольничком волос, набухшие интимные губки, кружева чулок на ногах. Алые трусики всё так же лежат перед ней на столе.

Наташа отводит одно колено в сторону, опускает руку и раздвигает губки, показывая мне их розовые лепестки. Потом поворачивается, забирается коленями на свой стул и задирает платье на спину, оголяя для меня свою нежную пышную попку. Руками она дотягивается назад и разводит ягодицы в стороны, демонстрируя мне свою промежность во всей красе: упругий бутончик ануса, нежные губки с приоткрывшимся входом, розовый капюшончик клитора.

Задранное платье, чулки и раздвинутая попка производят на меня невероятное впечатление. Я тут же кончаю, извергнув солидную порцию спермы, а Наташа развероачивается и с удовольствием всматриватся мне в лицо, наслаждаясь тем, что довела меня до оргазма.

— Покажи, — пишет она.

Я снова опускаю крышку ноутбука, показывая свой ещё твердый ствол и потоки семени на нём. Она удовлетворённо улыбается.

— Я так боялась, что кто-то войдёт, пока я тут на стуле стою. Со стула я б так быстро не слезла! Чуть сама не кончила от страха.

Она встаёт перед камерой, нагибается и я вижу, как она натягивает трусики. На этот раз простые, чёрного цвета, в которых её увидит дома муж. Мягкая ткань ложится на вожделенный треугольник и Наташа одёргивает платье. Затем, усмехнувшись мне в камеру, она картинно ставит одну ножку в чулке на стул и скатывает вниз один чулок — меняет позицию и снимает второй. Достаёт из сумочки колготки и натягивает их, на мгновение снова показав мне чёрные трусики.

Я сижу, вытирая платком сперму и застёгивая брюки.

— Что ж, если завтра меня снова задержат, бери салфетки. — Наташа едва заметно подмигивает мне. — А я возьму ту штучку, что ты мне подарил.

Горничная Мила

В коридоре послышались шаги и я на мгновение отвлекся от бумаг: в дверном проёме появилась горничная. На ней была скромная униформа: черное платье, белый фартучек и туфли на низком каблуке. В руках она держала несколько запечатанных конвертов.

– Добрый вечер, Алекс!
– Добрый, Мила! Как дела? – я приветливо посмотрел на неё. Симпатичная, стройная, фигуристая, она выглядела лет на 25 и всегда мне нравилась. Было в ней что-то такое неуловимо девичье, нежное.

– Вам пришла вечерняя почта. Положить её на стол?
– Да, давай.

Она прошла в комнату, осторожно положила конверты на краешек стола и мой взгляд сам упал на её изящные руки. Слишком изящные для горничной, но что поделаешь. Затем я перевел взгляд на декольте. Насмотря на то, что декольте было практически закрытое, было на что посмотреть: ключицы красиво выделялись, бархатная кожа так и манила прикоснуться к ней. Я вдруг поймал себя на мысли, что нестерпимо хочу узнать, какого цвета у неё бельё.

– Спасибо, Мила.

Девушка улыбнулась и ушла. Где-то вдали, в глубине квартиры послышался негромкий шум, типичный для уборки: хлопанье крышек и дверей, ритмичные шорохи, позвякивания и всплески воды. Я задумался: что, если я заставлю её раздеться?.. Подчинится она или нет? Испугается или рассердится? А вдруг она сама втайне хочет этого?

Я вспомнил тут случай, когда Мила помогала мне снимать пальто и я случайно задел рукой и высоко задрал её форменное платье. Девушка стояла сзади меня, но мне всё было прекрасно видно в большое зеркало: под платьем обнаружился плотный верх колготок и скромные чёрные трусики. Когда я поднял глаза, Мила напряженно смотрела на меня – она явно заметила и то, куда я смотрел, и ту секундную паузу, что длилась, пока я сообразил и извинился. Что было тогда в её взгляде? Что она прочитала в моём?

Я почувствовал, что возбуждаюсь. В воображении услужливо всплыло и только что увиденное декольте, и стройные ножки моей горничной, и её нежные руки... Трусики и бюстгальтер сами нарисовались под форменным платьем – я почему-то представил, что на Миле чёрное шелковое бельё с ажурной оторочкой. Ну, или тоже чёрное, но простое девичье, без затей. Эти мысли возбудили меня ещё сильней.

Выбравшись из кабинета, я дошёл до гостиной. Мила занималась прихожей, периодически пробегая мимо по коридору за водой или чем-то ещё. Я окликнул её:

– Мила, принеси мне белый халат из спальни, пожалуйста?

Девушка кивнула и побежала вверх по лестнице. Ожидая именно этого, я подошёл ближе к лестнице и посмотрел вверх, надеясь заглянуть под платье и разрешить мучавший меня вопрос. Сердце стучало, руки вспотели и появилось ощущение того, что я делаю очень нехорошую вещь, но с адреналином мне было не совладать. Пока она поднималась по ступеням, я смотрел и смотрел – когда вдруг осознал, что девушка оглянулась и заметила меня. Её руки прихватили подол платья, скрывая желаемое, и она скрылась на втором этаже.

Я ощутил, что совсем густо покраснел, и отошёл подальше от лестницы. Взял со столика газету и сделал вид, что шёл именно за ней. Вверху послышались шаги, но я не поднимал головы, делая вид, что занят чтением газеты и что я вовсе не интересовался только что тем, что же там у девушки под юбкой.

Мила спокойно подошла поближе и протянула мне халат:

– Вот, возьмите пожалуйста?
– Мила, – я посмотрел на неё. Что-то дрогнуло и переломилось во мне. – Мила, покажи мне своё бельё.

Её глаза округлились.

– Только бельё. Я больше ничего не хочу. – Я вздохнул. – Пожалуйста, Мила...

Она отступила на шаг назад, как бы не веря своим ушам. Я и сам не верил себе – что за чушь я несу?

– Мила...

Она вдруг бросилась бежать от меня вперед и вверх по лестнице. Я вскочил и побежал следом. Какая-то животная страсть толкала меня вперед за убегающей девушкой, удивительно пещерное и неудержимое желание толкало меня вперёд. Обострившимся обонянием я почувстовал шлейф тонкого аромата девичьего тела и он раззадорил меня ещё сильнее.

"Какого чёрта она бежит в мою собственную спальню?" – пронеслась мысль, – "Ах да, она же закрывается на ключ..."
Действительно, девушка попыталась сразу же закрыть дверь, но не успела, я был слишком близко. Мой удар по двери отбросил её, она споткнулась и упала спиной на кровать.

Как разъяренный зверь, я бросился на неё сверху, прижал одной рукой её плечи, а вторую сунул между ног, под платье. Нежное, податливое женское тело подо мной раззадоривало меня всё сильнее. Я задрал ей подол, опустил взгляд и увидел красные трусики. Красные! По-настоящему красивые, элегантные кружевные трусики из дорогого материала, мечту каждого любовника. А нейлон на ногах оказался вовсе не колготками, а изящными чулками с кружевной оторочкой, с узорами из чёрной и красной нити.

Это выглядело так безумно красиво, так женственно и легко, что моя рука сама легла на её промежность. И тут меня ждал ещё один сюрприз – она была вся мокрая! Мокрая насквозь, до последней ниточки этих тонких кружевных трусиков – легкая ткань просто утопала в этой влаге.. Моё тело само задрожало от этого ощущения и я почувствовал, как животное желание раздирает меня всё сильнее и сильнее.

Я подхватил её трусы за середину, процарапав пальцами по скользкой промежности, сжал и резким движением потянул их вниз, стараясь снять одной рукой... Она что-то лепетала и отбивалась, но мой пульс оглушал меня, а глаза застилала яростная пелена желания – я видел и слышал только одно: я должен овладеть этой самкой прямо сейчас, прямо здесь, во что бы то ни стало.

Её трусики соскользнули до колен, ещё больше сковав её движения, а я тем временм схватил её за плечо и бедро и перевернул. Теперь она оказалась повернута спиной ко мне, стоя коленями на полу и лежа грудью на диване. Задранное платье бесстыдно открывало для меня её округлую белую задницу. Такую желанную, такую нежную и доступную.

Я рывком стянул с себя штаны вместе с трусами, прижал Милу рукой к кровати и приставил член к её влагалищу. На миг меня кольнула мысль, что я совершаю преступление, но мне было всё равно – назад пути нет. Я сделал сильное движение бёдрами, желая насадить её поглубже, насладиться – и вздрогнул. На пути члена на мгновение образовалась преграда – мне даже стало больно от того, что головка на мгновение сжалась – как преграда исчезла и член рванулся дальше внутрь. Девушка негромко вскрикнула и изогнулась всем телом в моих руках.

Девственница?! Неужели девственница?? Меня словно окатили холодной водой и я замер. Как бы проверяя, я вытащил член из неё почти до конца и с ужасом обнаружил на нём следы крови. О ужас. Я её первый мужчина, и я её изнасиловал. Мне захотелось умереть в страшных мучениях прямо здесь.

– Мила, – прошептал я. – Мила, прости меня... Я не знал... Прости...

Глупости какие, подумал я, да если бы и знал. Что я делаю вообще? Что на меня нашло?

– Продолжай. – я услышал её голос. – Продолжай же, ну... Я хочу тебя.

Моё сердце пропустило один удар, пока я осознал её слова. Осознание наполнило меня жаром благодарности и страсти, я погладил её по спине, по попке, осторожно приласкал нежную бархатную кожу. Ах, какое же у неё прекрасное тело.

Я сделал новый толчок, на этот раз приятный, долгий, с оттяжкой. Стараясь подарить девушке правильные ощущения, я старательно и с наслаждением вводил член, надеясь, что она получает удовольствие от этого нового для неё ощущения наполненности внутри своего тела. Я гладил и ласкал её бёдра, бока, спину, задрал платье ещё выше и расстегнул застежку бюстгальтера на спине. Когда я на несколько секунд остановился, Мила приподнялась, выпрямилась и стащила с себя платье через голову.

Я воспользовался этим, чтобы обнять её покрепче и приласкать её груди. Они оказались такими же пышными, какими казались в одежде: приятная тяжесть прохладных девичьих полушарий легла мне в ладони, мои пальцы сами нащупали упругие соски и сжали их так, что Мила запрокинула голову. Я уткнулся ей в волосы, стал целовать её, её шейку, плечи.... Она не поворачивалась. Я снова начал движения бёдрами, держа девушку вертикально – член давил на переднюю стенку её влагалища и тёрся об узкий вход, даря ей дополнительные ощущения.

Мои руки ласкали её тело, она явно таяла от этих ласк и я снова дал ей опуститься на кровать – предварительно дотянувшись до мягкой подушки и положив её ей под грудь. Позиция мне очень нравилась – коленки Милы всё ещё были на полу и край кровати не давал ей отстраняться от моих толчков. Более того, я вдруг заметил, что она сама мне подмахивает бёдрами, и это наполнило меня дополнительной радостью – да, ей нравится. Ей хорошо и она хочет ещё.

Голая попка и ножки в ажурных чулках смотрелись великолепно. Я снова остановился, отодвинулся и стянул с её колен алые трусики.

– Раздвинь ножки...

Она послушно подчинилась, я пристроился посередине и снова ввёл член в истекающее соками лоно – на этот член вонзился ещё глубже и массировал скорее переднюю стеночку, чем всё остальное. Я насаживал и насаживал девушку, гладил её прекрасную бархатную кожу, проводил кончиками пальцев по самым чувствительным местам, дотягивался до её грудей и ласкал и мял их, как мог. Запускал пальцы в её шелковые волосы, проводил линии по спине вдоль позвоночника и крепко сжимал её попку в своих руках. Постепенно я начал терять чувство времени и просто наслаждался каждым движением и передавал, как мог, своё наслаждение гибкому телу девушки.

Мила прерывисто дышала, её спина раскраснелась, пальцы то сминали ткань простыни, то впивались в подушку, на которой девушка лежала. Чувствительные стеночки её влагалища стискивали мой ствол всё крепче, охватывая его приятным упругим колечком. Я двигался и двигался, накачивая её членом как поршнем. Мои руки крепко держали её за бёдра.

Вдруг вздохи Милы сменились стонами, она стала извиваться у меня в руках, насаживаясь на член всем телом и затем вскрикнула – я понял, что она наконец-то кончила. Остановился, дал ей сколько-то времени отдышаться, перевернул её и крепко поцеловал в губы. Она ответила таким нежным поцелуем, что у меня замерло дыхание. Я положил её на спину, забросил её стройные ножки в чулочках себе на плечи и снова ввёл член в утомленное ласками лоно. Девушка вздрогнула, но приняла его и затем почти спокойно лежала с закрытыми глазами, пока струи горячего семени не выплеснулись прямо в неё.

Уставший, я упал рядом и стал гладить её по лицу и по плечам, по измученной моими касаниями груди, говоря ласковые слова и искренне восхищаясь ею... Так мы и уснули.

Семнадцатый кабинет

Алина Сергеевна вышла из кабинета и направилась в женский туалет. Идти нужно было по длинному переходу между корпусами школы, и в вечернем полумраке за окном она увидела неяркий свет в окне кабинета номер семнадцать. Внутри у неё поднялось неловкое волнение: кабинет номер семнадцать был для неё особенным.

Прямо рядом с этим кабинетом находилась комната учителя физкультуры Дмитрия Алексеевича, а для неё просто Димы. В этом самом кабинете они встречались с Димой после уроков, предаваясь страсти на жестком учительском столе. Сейчас Алина была немного разочарована в Диме: он оказался по большей части грубым мужланом, и в сексе был совсем не так нежен и внимателен, как её муж.

Но Алина продолжала с ним встречаться, потому что эти тайные встречи и бурный секс приносили ей яркое и волнующее чувство запретного удовольствия. Даже сейчас её чуть бросило в дрожь от одной мысли о том, что обычно происходит у них с Димой в той комнате.

Едва она успевала замкнуть дверь на замок, как он нагибал её над столом, задирал её юбку высоко на спину, сдергивал с неё колготки и трусы и торопливо входил в её ещё не совсем готовое лоно, крепко держа своими мускулистыми руками за бёдра. Ей было и больно, и приятно, и трепетно от недопустимости происходящего — она, да с чужим мужчиной, да вот так на столе, да ещё и в своей же школе!

Она почувствовала, как её губки намокают от этих мыслей. Странно, что горит свет. Сегодня четверг, у Димы нет вечерних уроков — только две утренних пары. Может, он задержался ради неё? Она сходила в туалет, торопливо пописала, привела себя в порядок и направилась в семнадцатый кабинет.

Её невысокие каблучки негромко стучали в тишине опустевшей школы. Свет в кабинетах не горел, и только из приоткрытой двери номера семнадцатого в коридор падала полоска света. Алина на ходу поправила платье и подумала, что сегодня на ней красивые белые кружевные трусики. Диме, наверное, понравится.

Алина Сергеевна толкнула дверь, переступила порог и тут же упала, споткнувшись о ниточку, натянутую у самого пола. Еле успев подставить руки, она попыталась подняться, увидела мелькнувшие перед самым лицом ботинки, и услышала, как дверь захлопнулась и замкнулась на замок за её спиной. В комнате перед ней стояли двое старшеклассников, и ещё двоё стояли сзади, перекрывая путь к двери.

Она была учительницей младших классов и со старшеклассниками не была знакома. По крайней мере, никого из них она не узнала. Димы в классе не было, только эти мальчишки. Прежде чем она успела открыть рот и возмутиться происходящим, один из мальчишек протянул ей два листка бумаги. Две фотографии.

На фотографиях была запечатлена она, лежащая на столе в этом самом кабинете, с широко раздвинутыми ногами, без трусов и без юбки. Между её ног орудовал членом голый Дима, мускулистыми ручищами стискивая её белую грудь. Снимок казался сделанным откуда-то сбоку и сверху, возможно со шкафа.

Алина сначала покраснела, а затем побелела от стыда и возмущения. Слова никак не могли вырваться из глотки. Впрочем, она просто не знала, что сказать. Стоящий перед ней старшеклассник, казалось, был лучше подготовлен к диалогу.

— Мы отошлём это вашему мужу. Если вы не хотите этого, выполняйте наши желания следующие два часа. Тогда мы отдадим все фото и пленку.

Она попыталась парировать тем, что её хватятся, что это нонсенс, что они попадут в тюрьму, но ничего не помогало. Забрать фотографии мирным путём не получалось, а развода с мужем она бы хотела избежать. Через некоторое время страх разоблачения поглотил её всю, и она покорилась, сама не понимая, что делает.

— Повернитесь, нагнитесь и задерите юбку.

Она выполнила приказ. Мальчишки вчетвером сели прямо напротив её задницы, созерцая белые кружевные трусы.

Голос приказывающего чуть дрожал от волнения:

— Снимите трусы и раздвиньте жопу.

Она спустила трусы чуть ниже ягодиц и развела ягодицы в стороны. Мальчишки охнули.

— Повернитесь и снимите рубашку.

Учительница молча разогнулась, повернулась, нащупывая пуговицы рубашки, и стала их расстёгивать одну за другой. Ей вдруг показалось, что она — стриптизерша в клубе, а мальчишки — мужчины из публики. Рубашка расстегнулась, и она сбросила её на пол вместе с уже расстёгнутым пиджаком. На ней остался простой белый бюстгальтер.

— Снимайте лифчик.

Мальчишки почти незаметно поглаживали себя по брюкам. Она расстегнула сзади застёжку бюстгальтера, и его чашечки упали вниз, обнажив её округлые белые груди с нежными розовыми сосками. В прохладном воздухе соски тут же затвердели. Мальчишки, не отрываясь, глазели на неё.

— Попросите у меня разрешения отсосать мне.

Она повторила почти без паузы.

— Можно я пососу у тебя?
— Пососу что?
— Пососу твой член.

Отдававший приказы старшеклассник приподнялся на стуле, спустил штаны с трусами и вытащил свой член.

— Можно. Ползи сюда на коленях и соси.

Учительница опустилась на четвереньки, стыдливо нагнула голову и поползла к нему по грязному дощатому полу. Приблизившись, она почти легла грудью ему на колени, взяла в руки тонкий напряженный ствол мальчишеского члена и погрузила его в рот.

Мальчишка закатил глаза, наслаждаясь невиданным удовольствием, а она привычно сосала, стараясь забыться и не думать о том, что происходит. Из забытья её вывел прерывистый голос старшеклассника, которому она отсасывала:

— Попросите разрешения проглотить мою кончу.

Она вынула член изо рта, вдохнула воздуха и спросила:

— Можно я проглочу твою сперму?
— Да-а, можно, давай...

Он положил руку ей на голову и ей неожиданно стало жутко неприятно — до этого они её почти не касались и она всё делала как бы сама. Горячая струя выплеснулась ей в рот, а мальчишеская ладонь прижала её голову сильнее, проталкивая мягкую головку почти в самое горло. Ствол пульсировал и выплевывал остатки спермы ей на язык. Она собралась с силами и проглотила.

— Попросите моих друзей выебать вас в пизду по очереди.

Мальчишки смотрели на неё огромными жадными глазами.

— Ребята, трахните меня в пизду по очереди.

Она поднялась с колен, сняла трусики и бросила их на пол, подошла к столу, оперлась на него и покорно нагнулась. Мальчишки мгновение шептались и перемигивались, а потом один из мальчишек сбросил школьные брюки на пол, подошел, задрал повыше её юбку и попытался вставить свой член.

Почти наверняка он был девственником и у него ничего не получалось. Несколько неловких попыток, толчков, неприятных касаний сухих рук к её влажным губкам — и вот тонкий мальчишеский член вонзился прямо в её влагалище. Мальчишка застонал, наслаждаясь движениями, торопливо и быстро заталкивая член в её влажную глубину. Она же терпеливо ждала, молча удовлетворяя подростка.

Ждать долго не пришлось — он засопел, зарычал и кончил прямо внутрь. Подержался руками за её бёдра, потом несмело коснулся грудей, смял их и выпустил, как будто испугавшись, что она его обругает. Вытащил член и отошел в сторону, тяжело дыша. Тут же подскочил второй:

— Попросите меня вас выебать!

Она вздохнула.

— Трахни меня, пожалуйста...

Он ткнулся торчащим членом ей между ног, не попал, ткнулся снова, сильнее и настойчивей, снова не попал, и она вынуждена была найти его горячий ствол у себя между ног и ввести его сама. Он ухватил её за задницу и принялся совершать толчки, долбя её быстро и сильно. Его пальцы впивались в её ягодицы, ей было больно и уже даже чуть приятно от такого секса. Она на мгновение заволновалась, что муж увидит красные отпечатки ладоней и вильнула бёдрами, сбрасывая мальчишеские руки.

Мальчишка перехватил её за талию и продолжил интенсивно долбить её влагалище, пока тоже не излился туда, дрожа и постанывая. Она терпеливо ждала, пока он отвалится.

Третий трахнул её почти так же, скользя членом по сперме товарищей — учительница почти ничего не чувствовала. Только чужие руки на талии и упругое мальчишеское тело, раз за разом толкающее её в бёдра. Когда третий отвалился, по её ноге медленно потекла струйка соков из наполненного спермой влагалища. Снова подал голос самый главный:

— Стань раком.

Она опустилась на локти и колени в проходе между партами.

— Попроси меня выебать тебя в жопу.

Она прикусила губу, а потом произнесла:

— Трахни меня в попу, пожалуйста.

Мальчишка подошел к ней сзади и грубо раздвинул её ноги чуть пошире. Она покорно их расставила. Услышала звук плевка, и шершавая мальчишеская ладонь коснулась нежной кожи её ануса. Пальцы со знанием дела втёрли слюну в её розовое отверстие, едва не погружаясь внутрь. Потом его ладонь вдруг накрыла её половые губки, собрала побольше смазки и шлёпнула всю эту смазку на её анус, втирая и вминая её в чувствительную кожу.

Учительница почувствовала, как в её задний проход ткнулся тонкий палец, подергался там, скользя по смазке, и инстинктивно сжала сфинктер. Палец задергался сильнее, стал долбить и царапать её, и она нехотя расслабилась.

А ещё через мгновение упругая головка члена прижалась к её анальному отверстию, надавила и воткнулась внутрь. Алина почувствовала, как горячий поршень движется вверх, внутрь её задницы, как мягкие ткани облегают и сжимают его, но не могут сопротивляться и впускают его по смазке всё глубже.

Мальчишка ввёл свой член в её анальное отверстие на всю глубину, замер, наслаждаясь сильным упругим ощущением, а потом начал её размеренно трахать, ничуть не заботясь об её собственных ощущениях. А ей тем временем было больно и унизительно.

Усиливая её унижение, один из мальчишек опустился перед ней на колени и сказал:

— Попросите мне отсосать.

Задыхаясь от раздирающих её толчков сзади, Алина прохрипела:

— Можно я тебе отсосу?

И тут же член ткнулся ей в рот, забивая дыхание. Она, впрочем, даже была в чём-то благодарна этому — она смогла отвлечься от ощущений в заднем проходе и сосредоточиться на минете. Она сосала и лизала мальчишке яйца, и уже через несколько минут оба старшеклассника кончили — один залил ей спермой подбородок, а второй излился в её попу: она почувствовала, как горячие капли оросили её кишечник.

Истерзанная, истекающая спермой из всех отверстий, она сидела на полу, тяжело дыша и не желая поднять глаза. Кто знает, какую ещё пытку они придумали для неё?

Но мальчишки бросили перед ней на пол стопку фотографий, катушку плёнки и дали дёру из комнаты. Фотографии рассыпались, и некоторое время она равнодушно взирала на себя, то трахаемую Димой на столе, то делающую минет Диме, то надевающую трусы, то целующую Диму взасос. Ей ни о чем не хотелось думать.

***

В пятницу она взяла выходной и не вышла на работу. А в понедельник школа гудела: милиция увезла четырех старшеклассников прямо с уроков и никто не знал, почему. Говорят, что процесс был закрытым и быстрым.

Вечером, когда Алина Сергеевна шла по коридору, она снова увидела свет в окне семнадцатого кабинета. Это был их с Димой день, и он явно ждал её. Но она остановилась, быстро собрала сумку и ушла домой, к любящему мужу. Больше ей не хотелось никаких острых ощущений.

Овладеть во сне

Я расскажу вам эту историю, клянусь — подлинную, но вы не судите меня строго за неё. В семнадцать лет женское тело просто сводит с ума!

Когда этим летом мы всей семьёй отдыхали на даче, к нам в гости на несколько дней приехала тётя Лера. Ей примерно сорок лет, она невысокого роста и обычного телосложения. У нас с ней никаких отношений не было: тётя как тётя, мы почти даже и не общались. День прошел как обычно, все поужинали за общим столом и разошлись спать.

Наша дача — это большой старый деревенский дом с несколькими комнатами и спальнями. Мне была отведена небольшая спальня в самом дальнем крыле, тётю положили ночевать на кушетке в комнате, примыкающей к моей, а родительская спальня находилась в противоположном крыле дома.

Ночью я проснулся и побрёл в темноте в сторону ванной. Проходя через комнату, где спала тётя, я услышал едва слышный храп и в полумраке различил тётину фигуру на кушетке: она спала на боку, чуть поджав ноги и упёршись коленками в спинку кушетки. Тонкая простыня, служившая одеялом, едва закрывала её спину.

Судя по шумному дыханию, тётя крепко спала. Я на цыпочках подкрался к дивану и медленно опустился на колени у самого его края. Я помню, как моё сердце колотилось от волнения и просто оглушало меня стуком в ушах. Дрожащими пальцами я осторожно приподнял простыню и положил её выше, оголив тётину спину и попу.

Сверху на тёте была надета белая футболка, а снизу — чёрные стринги, малозаметные в темноте. В первую секунду мне даже показалось, что белые полушария попы, словно чуть светящиеся в полумраке, совсем голые. Это взбудоражило меня ещё больше. Я присмотрелся к тонкой полоске ткани, нагнувшись так близко, что её кожа будто обдала меня горячим теплом.

Ткань трусиков спускалась между полушариями округлой женской попы, плотно прикрывала пухлые губки промежности и исчезала там дальше, в направлении лобка, где мне не было ничего видно. Я задержал дыхание и ещё раз прислушался к тётиному легкому похрапыванию. А заодно и к звукам в доме: было абсолютно тихо, а тётя спала как ни в чем не бывало.

Я медленно-медленно прикоснулся к ткани её трусиков, прижав дрожащие пальцы чуть ниже её линии пояса. Щипком зацепил стринги, поддел и потихоньку потянул вверх, перемещая пальцы всё ниже к промежности. Полосочка трусиков поднялась и отошла в сторону, постепенно открывая мне белую кожу между полушариями попы, сжатое колечко ануса и чуть припухлые, покрытые завитыми волосками губы. Полоска трусиков зацепилась за тело и так осталась в стороне, не скрывая от меня обнажившихся женских прелестей.

Меня прямо затрясло от возбуждения. До этого я никогда не видел женских подробностей так близко и так свободно. Я снова прислушался к её дыханию и звукам в доме — всё было спокойно. Волнуясь, я прикоснулся кончиком пальца к самому низу половых губ — там, где они снова сходятся вместе. Они показались мне невероятно нежными и мягкими.

Я догадался смочить палец слюной и медленно, осторожно провёл им по всей длине лепестков влагалища, ощущая их необычайную мягкость. Тётин бутон был совершенно податлив под моими пальцами, а её дыхание в темноте ничуть не менялось. Я осмелел, ещё раз намочил палец и стал искать вход в глубину.

После нескольких неловких, но очень осторожных надавливаний на лепестки мой палец скользнул в глубину женского тела. Влажное тепло охватило меня, подушечки пальца раздвигали мягкие ткани стенок и погружались всё глубже. Я испуганно прислушивался к дыханию женщины, с трепетом ожидая, что она внезапно проснётся и незаметно выдернуть палец мне не удастся.

Но нет, она спала. Я поводил пальцем внутри, запоминая необычные ощущения, и помечтал почувствовать касание этих нежных стенок кожей своего члена. Это наверняка должно быть необыкновенно приятно... Мой палец блуждал и блуждал во влажной глубине, стараясь проникнуть всё глубже и почувствовать всё, пока я не вытащил его осторожно.

Чуть осмелев, я примерился и коснулся кончиком пальца её ануса, самой серединки. Сердце ёкнуло от испуга, потому что её колечко вдруг сжалось и вытолкнуло мой палец. Я замер, прислушиваясь к дыханию и готовясь сбежать или спрятаться. Однако тётя похрапывала в том же ритме, ничуть не сбившись. Выжидая, я просидел несколько минут, но ничего не изменилось. Она спала.

Я снова вставил самый кончик пальца в её попку и чуть нажал. Колечко попыталось меня вытолкнуть, не справилось и так осталось держаться, упруго охватив подушечку пальца со всех сторон. Я надавил влажным пальцем и он скользнул чуть глубже. Упругое сопротивление этого отверстия женщины одновременно и пугало, и возбуждало меня. Вдруг от такого вторжения она проснётся?

Ещё несколько осторожных надавливаний, чередуемых ожиданием в несколько минут — и вот мой палец погрузился в её попку уже наполовину! Сильные упругие мышцы то сжимали меня, но расслабленно окутывали, но невероятная запретность происходящего волновала меня даже больше, чем эти ощущения. Я вдруг понял, что вынуть палец незаметно может оказаться ещё сложнее, чем ввести его.

Тем не менее, я продолжал вталкивать свой палец в женскую попку. Когда он почти погрузился, само собой вышло так, что другой палец проник во влагалище. Я согнул пальцы скобочкой и они почти соприкоснулись сквозь отверстия спящей женщины. Я ощутил, как подушечку указательного пальца от кончика большого отделяет лишь какая-то тонкая внутренняя стеночка.

Я как будто держал тётю за промежность двумя пальцами, погрузив их глубоко в её тело и ощущая, как они почти соприкасаются там внутри. Это было такое невероятное впечатление! В голове у меня ухало собственное сердцебиение, руки подрагивали, всё тело горело от стыда и непозволительности происходящего. Мой член просто разрывался от возбуждения, и если бы я не боялся шуметь, я бы начал его ублажать прямо здесь.

Сумасшедшая мысль пришла мне в голову. Деревенская кушетка была так низка, что я, стоя на коленях, мог легко коснуться членом тётиной промежности. Я медленно-медленно, с сожалением вытащил пальцы из нежных тканей, приспустил свои трусы и направил головку члена к цели. В позе, в которой спала тётя, дотянуться членом до её влагалища было практически нереально. Зато шершавой кожи ануса я мог коснуться без проблем, что я и попытался сделать.

Скользкая от моей собственной смазки головка чуть упёрлась в тугое колечко ануса. Я осторожно вдохнул и выдохнул, наслаждаясь этим ощущением — ни одной женщины у меня ещё не было, и это чувство прикосновения к телу было для меня внове. По сравнению с тётиным отверстием головка казалось гигантской — впрочем, ствол вообще распирало от возбуждения так, что мне казалось, будто он удвоился в объёме.

Я чуть надавил всем телом, желая лишь, чтобы мягкая головка моего члена сжалась и упругое колечко окутало её по всей поверхности. Так и произошло, за исключением того, что женское тело вдруг приняло полсантиметра головки внутрь. Анус чуть расслабился и пропустил скользкий наконечник вглубь, лишь придерживая его со всех сторон.

Моё сердце заколотилось совсем бешено. Я почувствовал, что всего несколько движений — и я кончу почти без усилий. Я нестерпимо захотел этих нескольких движений, нажал ещё — и головка погрузилась в тётину попку на две трети. Скользкая, гладкая, она так легко вошла, что я еле успел затормозить толчок, чтобы она не проскользнула вся. Я вдавил её ещё на несколько миллиметров, и вот тугое колечко ануса практически полностью охватило мою головку, даря мне необыкновенные новые ощущения.

Я невероятно медленно, изнывая от возбуждения и страдая от этой медлительности, сделал совсем небольшое движение взад-вперед. Каждый миллиметр движения отдавался во мне наслаждением — скорее от самой мысли о том, что я, ещё почти мальчишка, недозволенно насаживаю на член взрослую женщину. Прислушиваясь сквозь гулкий стук моего сердца к её дыханию, я даже втайне хотел, чтобы она проснулась и осознала происходящее.

Ещё несколько мучительно медленных движений, и вот уже острое ощущение оргазма подкатило совсем близко. Я нехотя отодвинулся от её желанного тела и закончил сам, вытерев руку об трусы. Меня раздирало желание уронить хоть каплю на её попку, но я сдержался. Вдруг она утром заметит?

Сексуальное возбуждение чуть схлынуло, я торопливо вернул тётины трусики на место, прикрыв её прелести и коснувшись их напоследок, накрыл её снова простыней и тихонько ушёл в темноте в туалет, чтобы вымыть руки. Когда я шёл обратно, она уже спала на спине и я вдруг подумал, что всё-таки было бы, если бы она проснулась и увидела мои манипуляции над собой.

Сгорая от стыда, я умчался к себе в спальню и долго не мог заснуть, прислушиваясь к ощущениям и перебирая воспоминания во всех подробностях. Я то фантазировал, что она вдруг проснётся, придёт и ляжет со мной, то боялся, что она утром найдёт неведомый мне признак моего вторжения и произойдёт невесть что.

К счастью, всё обошлось. Я разве что стал избегать её ещё больше. Мне до сих пор стыдно, но всё равно ту ночь я помню в мельчайших подробностях.

Соседка по даче. Следующий вечер.

Весь день я бродил по участку, вспоминая нашу вчерашнюю ночь у костра с тобой, красивой взрослой женщиной. Когда наступил вечер, я заметил как ты подошла к забору: ты улыбнулась мне, приложила палец к губам и кивком пригласила меня в дом. И вот я уже незаметно перебираюсь на твой участок и проскальзываю в двери.

В комнате неярко светит лампа, а ты расставляешь какие-то чашки и блюдца на большом деревенском дубовом столе. На тебе простое летнее платьице в цветочек, с тонкими бретельками и открытым декольте, и твои коленки так соблазнительно видны из-под края платьица.

— Будешь чай? — ты улыбаешься мне.
— Я всё буду, — шепчу я и подхожу ближе. Мысли о тебе и о происшедшем не оставляли меня целый день, я напряжен и возбужден. Мне хочется коснуться тебя, поскорее почувствовать твоё тело. Я подхожу к тебе, обнимаю за плечи и привлекаю тебя к себе.

Ты мягко поддаешься и я страстно целую тебя в твои горячие губы. Твои волосы касаются моей кожи, твоё тело прижато к моему, и ты просто невероятно возбуждаешь меня. Мои руки гладят тебя по спине, по платью, по бёдрам. Я подсаживаю тебя на этот большой и тяжёлый стол, и продолжаю целовать.

Ты сидишь на столе, чуть обнимая меня ножками, а я целую тебя и задираю твоё платье. Твои чудесные загорелые ноги оголяются, открывая мне твои бёдра. Ммм, на тебе простые черненькие трусики из мягкой ткани.. Я задираю платье ещё выше и хочу снять его с тебя через голову. Ты помогаешь мне — поднимаешь руки и я стаскиваю твоё платье.. Твои волосы рассыпаются по плечам, твои глаза задорно блестят и мне это жутко нравится!

Я мгновение рассматриваю тебя, сидящую прямо передо мной на столе и почти полностью обнаженную. Ты в одних только трусиках и я не могу оторвать взгляда от твоих белых грудей: они так красивы! Я глажу тебя от бёдер вверх, по бокам, к этим нежным белым полушариям. Приподнимаю твои груди, нежно массирую их ладонями, сжимаю пальцами сосочки. Это так приятно: доставлять тебе удовольствие..

Ты уже расслабилась, тебе приятно, но на столе не очень удобно сидеть. Я осторожно укладываю тебя на спину и беру в руки твою левую ножку, целую коленку и пальчики на ноге, глажу твою гладкую кожу. Ты лежишь и смотришь на меня, твоя грудь теперь смотрит чуть в стороны, твои ладошки ласкают моё бедро. У меня нет сил терпеть. Я быстро раздеваюсь сам, и вот уже мой разгоряченный член прямо напротив твоих бёдер. Я ещё раз глажу твоё тело и твои ноги, поддеваю руками трусики и снимаю их с тебя. Ммм, это так приятно — стаскивать с тебя трусики. Это так трогательно и интимно!

Ты лежишь передо мной на этом большом деревенском столе, твои ножки разведены в стороны и твои розовые лепестки так и манят меня. Я не могу удержаться от искушения, опускаюсь на одно колено и целую тебя туда, нахожу губами клитор и нежно посасываю его, ласкаю его кончиком языка. Расправляю языком твои лепесточки, нежно лижу каждый и очерчиваю большую букву О вокруг твоей промежности. Ты так влажна и горяча там, ммм...

Я подхватываю тебя за бёдра и направляю свой член прямо в твою горячую глубину. Он медленно входит, проскальзывая внутрь и раздвигая твои нежные лепестки, а ты чуть выгибаешься от удовольствия, ощущая этот первый толчок. Я нанизываю тебя на член, входя всё глубже и глубже в твоё тело. Я начинаю движения, толчки.. Мои руки крепко держат тебя, а ты обхватываешь меня ножками за бёдра и прижимаешь, стараясь вжать меня в себя ещё сильнее. Ммм, какая картина: всё твоё тело вздрагивает и сотрясается от наших движений. Я дотягиваюсь до твоих грудей и снова сжимаю, массирую их, кручу и жму твои розовые сосочки..

Через некоторое время я останавливаюсь на пару секунд и переворачиваю тебя на животик. Это ещё более зрелищно для меня: твои длинные загорелые ножки вытянуты и раздвинуты, белая округлая попка соблазнительно торчит прямо передо мной, а твои волосы разметались по плечам. Ты оперлась на локти и нетерпеливо ждёшь, когда же я снова войду в тебя..

Я не заставляю тебя ждать — мой член вонзается в тебя, скользит по передней стенке твоего влагалища всё дальше, во влажную глубину. Мне нравится, как ты выгибаешь спинку и как подаешься назад, навстречу моим движениям.. Умничка! Я наклоняюсь и подхватываю твои груди, продолжая насаживать тебя на свой член снова и снова...

Массивный деревенский стол, кажется, даже не шелохнется от наших движений, но чашка на том конце стола позвякивает и медленно ползёт к краю... Я замечаю, что твоя спина порозовела и что ты сжала пальчиками мягкую белую скатерть на столе. Твои стоны стали длиннее и громче... Я усиливаю толчки и убыстряюсь, входя в тебя со всей своей энергией, ещё и ещё...

Вот ты выгибаешься, и стонешь, и вся вздрагиваешь, так что мне кажется, что я смог доставить тебе удовольствие. Это чувство переполняет меня и я кончаю сам, выплёскивая горячую струю прямо внутрь твоего тела, орошая стенки твоего влагалища горячими каплями. Я с наслаждением сжимаю пальцами твои ягодицы почти до боли, исторгая последние капли и тяжело дыша...

Ты мне нравишься такая — утомленная, истерзанная мной, расслабившаяся от наслаждения. Наконец я отстраняюсь, с благодарностью целую твой истекающий соками цветок и сажусь на стул отдыхать... Ммм, как ты всё-таки хороша: раздетая, вспотевшая, с сияющими глазами и взъерошенными волосами..

Стриптиз в библиотеке

Никогда бы не подумал, что я в свои законные летние каникулы вдруг буду коротать дни в районной библиотеке, раздавая книжки редким читателям и отвечая на ещё более редкие их вопросы. Но увы, практика в девятом классе оказалась обязательной и мне даже, можно сказать, повезло: мои однокурсники подметали школьный двор и помогали физкультурнику, который эксплуатировал их и в хвост, и в гриву.

Моей начальницей и, собственно, единственным официальным работником библиотеки, не считая уборщицы, была Наталья Андреевна: невысокая женщина лет 35-ти, стройная, изящная, с прямыми русыми волосами до плеч, пронзительными серыми глазами и суровым нравом.

Она практически не общалась со мной, раздраженно вздыхала и поджимала губу, когда я делал что-нибудь неправильно. Когда я только появился в библиотеке, она некоторое время провела со мной за одним столом, обучая склеивать разные типы книжек, но дальше этого наше общение не пошло.

Когда рваные книжки закончились, Наталья Андреевна пересадила меня за старенький библиотечный компьютер и заставила вводить книги в каталог. Это оказалось куда более утомительно: на старой расшатанной клавиатуре надо было без ошибок вводить имя автора, название, уникальный номер и прочие данные каждой книги.

Интернета не было, все эти пыльные книги вокруг порядком осточертели, поэтому в свободную минуту я выискивал медицинские журналы и разглядывал в них рисунки женских грудей и гениталий. Пару раз Наталья Андреевна практически поймала меня на этом, но я всё же успевал захлопнуть журнал и сделать вид, что несу его куда-то.

Засмотревшись на ножки очередной девушки в читальном зале, я задумался и мне пришла в голову отличная идея! Весною отец подарил мне цифровой фотоаппарат, которым я с тех пор почти и не пользовался. Фишка в том, что в фотике был режим медленной съёмки: он мог делать снимки раз в 15 секунд на протяжении пары часов.

Я приволок фотик в библиотеку и стал думать, как бы его приспособить, чтобы он оказался под столом как раз напротив ног какой-нибудь студентки. Увы, столы были открыты со всех сторон — парты как парты, даже без передней доски. Единственный полностью закрытый стол, под поверхностью которого можно спрятать фотик — это мой собственный. Ну не себя же фотать, в конце концов?

Мимо прошла Наталья Андреевна и я вдруг обратил внимание, что на ней узкая юбка до колен. Ага! Вот оно! Я залез под свой стол, переключил фотик в режим постоянной съемки и запустил программу ввода книг. Потому позвал Наталью Андреевну:

— Наталья Андреевна, вы не посмотрите?
— Да? — Она подошла поближе и я невольно покосился на её ножки — стройные, гладкие, без колготок. Ах, только бы она села за стол.
— У меня каталог не переключается в режим ввода, завис, что ли?

Наталья Андреевна нагнулась к клавиатуре, чтобы посмотреть, но я "галантно" отодвинул стул и она села. Моё сердце забилось, как молот, и мне стало жарко от собственной наглости. Наталья Андреевна сидела на моём стуле, а фотокамера автоматически щелкала прямо у неё между ног, делая снимок за снимком. Я надеялся, что автофокус и высокая чувствительность объектива сделают свою работу.

— Почему не переключается? Вот же, переключился! — Наталья Андреевна нажала кнопку и программа нормально переключилась в нужный режим.
— Ой, а у меня почему-то не работала... — промычал я. — Извините.

Наталья Андреевна ушла, я подождал несколько минут и торопливо полез под стол. Отцепил камеру, повернул колёсико в режим просмотра фоток и стал листать одну за другой. Мои руки дрожали и вспотели от напряжения, в ушах стучапо и лицо раскраснелось. К счастью, библиотека уже закрылась и посетителей не было.

Я нажимал на кнопку, проматывая фотки с конца в начало. Сначала промелькнуло моё перекошенное лицо и протянутые к камере руки, потом мои колени, потом просто стул, потом мои кроссовки и ноги Натальи Андреевны возле стула, а потом вдруг её колени прямо перед объективом. Аппарат прибавил яркости так, что колени казались белыми и яркими, и высветил полоску трусов у Натальи Андреевны между ног.

Я внимательно всмотрелся и прибавил увеличения. Подробностей на маленьком экранчике было не рассмотреть, но я потом рассмотрю всё дома на компьютере. На Наталье Андреевне были надеты белые трусики с каими-то совсем деревенскими цветочками и розовой каёмочкой. Трусики были смяты в складочки и казалось, что они облегали её половые губки. Я был уверен, что вот эта складочка посередине совпадает с рельефом вульвы Натальи Андреевны.

Фотоаппарат дрожал в потных руках, но я старательно рассматривал фотку, делая её всё ближе и ближе. Каемочка трусиков с одной стороны была совсем вжата в промежность, а с другой чуть открывала край половых губ. Мне казалось, что я вижу неровную кожу и завитки волос, но я не был уверен. Я сделал увеличение ещё сильнее, и белая полоска трусиков в цветочек заняла весь экран.

— Это я? — Голос был злым и строгим.

Я чуть не уронил фотоаппарат и в ужасе поднял взгляд. Справа от меня стояла Наталья Андреевна и смотрела прямо на меня. Я неловко покачал головой.

— Н-н-нет, Натал...
— Дай сюда! — Она выхватила фотоаппарат из моих рук и мельком взглянула на снимок ещё раз. - -Ах ты гадина!!

Я весь сжался. Мой худший кошмар воплотился в реальность.

— Какого черта тебе надо?! Что, голых баб не видел?! Журналов тебе мало?!! Интернета?!

Она кричала на меня и сжимала мой фотик в кулаке так, что я опасался даже за его металлический корпус. Зря опасался — минута, и фотик с силой полетел в пол, разлетаясь на кусочки.

— Что ты там не видел, а?! Гадёныш! Гадёныши и сволочи прямо с детства, не могу просто! На, смотри!

Наталья Андреевна вдруг задрала юбку и я увидел те самые белые трусики в цветочек с розовыми каемочками. Они выглядели застиранными и смятыми. Она быстро поставила правую ногу на стул передо мной, а затем рывком отвела полоску своих трусов в сторону: я тут же невольно вперился взглядом в розовые лепестки её влагалища и черные завитки волос.

— Нравится, сука?! Подонок! Сволочь!

Она сбросила ногу на пол и я не осмелился поднять на неё глаза. Никто из взрослых никогда так меня не называл.

— На, ещё смотри, пока насмотришься! Мерзкая дрянь!

Наталья Андреевна одним движением развернулась, расставила ноги, одной рукой задрала юбку, а другой подцепила свои трусы прямо на заднице и отодвинула в сторону. Я увидел большие белые полушария её попы, серое сморщенное кольцо сфинктера и немного волос под ним там, где в промежности заканчивалось влагалище. Сфинктер на моих глазах сжался сильнее, потом снова вернулся в исходное состояние, и я, кажется, увидел немного розовой кожи в его в крошечных и в основном серых складочках.

Я находился в состоянии шока, был страшно испуган и не знал, что сказать. Она повернулась ко мне, её лицо было красным от гнева и ярости, и указала пальцем на дверь:
— Вон отсюда, гадина! Быстро! И чтоб я тебя больше здесь не видела!

Я пулей вылетел из помещения, сбежал вниз по лестнице и помчался по улице так, будто боялся, что она меня догонит. К счастью, никто в школе ничего не узнал, и практика оказалась мне зачтена. И хоть районную библиотеку я с тех пор обходил десятой дорогой, воспоминание об этой задранной юбке и сдвинутых, туго натянутых трусах Натальи Андреевны долго не выходило у меня из головы.

Лия и Наташа

В первый день на пляже мне не очень-то повезло. Одиноких девушек почти не было, знакомиться никак не получалось, да и устал я после поезда изрядно. Ещё раз пожалев, что никто из однокурсников не смог со мной поехать, я перевернулся на спину, закрыл глаза и принялся просто загорать, не думая ни о чём.

Через некоторое время кто-то окликнул меня. Я открыл глаза:
— Молодой человек! — Недалеко от меня стояла дама лет тридцати с чем-то, и рядом с ней на коврике сидела ещё одна примерно того же возраста. — Можно вас попросить?
— Да? — отозвался я.
— Присмотрите за нашими вещами, если вас не затруднит? Вы же не уходите?

Я согласился и перевернулся на живот, чтобы читать книжку и приглядывать за соседним ковриком. Дамы пошли к воде, а я некоторое время разглядывал их стройные ноги и обтянутые купальниками округлые попки. Эх, познакомиться бы всё-таки с девчонкой какой поскорее...

Дамы пришли обратно, мокрые и весёлые, и сквозь ткань купальников у них на груди отчетливо виднелись острые соски. Я улыбнулся и показал на их вещи:

— Вот, всё как есть, в целости и сохранности.
— Спасибо, молодой человек! — Они достали полотенца из сумки и стали вытираться. Дама со светлыми волосами повернулась ко мне. — А хотите абрикос? У нас тут их целая сумка.

Она подвинула в мою сторону пакет и из него на коврик посыпались яркие спелые абрикосы.
— Присаживайтесь сюда.

Дамы чуть подвинулись и указали мне место на коврике возле себя. Я с удовольствием уселся — всегда приятно посидеть рядом с симпатичными женщинами в мокрых купальниках, пусть даже не моего возраста. Я вежливо запустил руку в пакет и вынул парочку абрикос. Они уже нагрелись и были приятно горячими.

— Меня зовут Наталья, — представилась блондинка, — а это Лия.
— Очень приятно, Алекс.
— Алекс — это Алексей?

Я кивнул.

— У нас был когда-то один знакомый Алексей, — сказала Лия. — Хороший был парень, да, Наташ?

Наталья зажмурилась и встряхнула мокрой копной светлых волос:
— Жаль только, что давно не слышала о нём ничего. А ты студент?
— Ага, третий курс политеха. — Я хотел приврать один-два курса, но передумал. — Вот, заработал себе на отпуск в Крыму и приехал на недельку.
— Классно, — протянула блондинка. — Совсем один приехал? Без друзей, без девушки?
— Друзья не смогли, а девушки у меня пока нет.
— Эх, студент. Как там жизнь-то в Киеве, кипит? Хорошо учишься?

Я принялся рассказывать стандартные истории из студенческой жизни, женщины смеялись, сочувствовали и вспоминали в ответ что-то своё. Оказалось, что когда-то они вместе учились в институте и вообще они подруги почти с детства. Пока мы беседовали, дамы легли на коврик и пригласили и меня полежать рядом: мы лежали все втроем параллельно, на животах, опёршись на локти и поглядывая друг на друга. Я краем глаза рассматривал их прелестные пышные груди, контуры которых было отлично видно из этого положения.

Так прошло довольно много времени. В какой-то момент я удостоился чести растереть масло по спине и ногам Натальи: я с удовольствием касался горячей нежной женской кожи, мял и массажировал её. Лию Наталья намазала сама, а потом намазала маслом и меня, и я наслаждался прикосновениями нежных рук к своей спине и ногам. Всё-таки хорошо, что дамы взяли меня сегодня к себе в компанию.

Ближе к полудню речь зашла об обеде:
— Ты, студент, наверное, голодаешь совсем?
— Почему же? — я улыбнулся. — У меня питание трёхразовое, понедельник-среда-пятница, а что?

Женщины рассмеялись.
— Эх, студент... Мы квартиру снимаем в городе, у нас всё питание своё. Пойдем с нами, мы тебя накормим как следует. А то, небось, уже и позабыл вкус домашней еды?

Я сглотнул и торопливо согласился. Да уж, в моём номере меня ждали только Роллтон и Доширак.

***

Квартира выглядела уютно и чисто по-женски опрятно. Всюду лежали маленькие и большие коврики, салфеточки, стояли вазы и картинки.

— Это наша знакомая сдаёт, — сказала Лия. — Нам совсем недорого получается. Заходи, разувайся.

Я сбросил сандали и прошёл в комнату. Лия пошла на кухню, а Наталья кивнула мне, указывая на кресло, и ушла в соседнюю комнату — видимо, спальню.

— Я сейчас. Не входить.

Дверь закрылась и за нею послышался шорох одежды — женщина переодевалась. Пока я разглядывал обстановку, Наталья вернулась в белой футболке и легкой серой юбке до колен. С юбкой её ножки выглядели ещё стройнее. Мы вместе убрали лишние вещи с большого стола, и стали помогать Лие приносить еду из кухни.

Лия воспользовалась моментом и тоже переоделась, представ перед нами через некоторое время в симпатичном светлом платьице. На столе уже стояла вареная молодая картошка с каким-то мясом, салатик и запотевшая бутылка красного вина. Я открыл её и разлил прохладное вино в бокалы.

Мне стало понятно, что, пожалуй, я понравился какой-то их них, и она хотела бы продолжить отношения. Но которой? Наверное, в какой-то момент вторая вежливо уйдёт, оставив нас одних. Или мы назначим встречу позже? Я постарался стать самой любезностью и уделял максимум внимания каждой даме.


***

Мы беседовали, смеялись, и пили вино. Разговор плавно перешёл на тему того, как трудно мне, неудачнику, познакомиться с девушкой, и дамы наперебой давали мне советы. Они хвалили мою фигуру, подсказывали, как себя вести и постоянно подшучивали надо мной. Я неумело отшучивался в ответ.

Казалось, дамы соревновались в остроумии и провоцировании, и вообще пребывали в игривом настроении.

— Что-то жарко стало, — вдруг сказала Наташа и одним махом стянула с себя футболку.

Я замер от неожиданности. Под футболкой обнаружился ажурный бюстгальтер, получашечки которого красиво очерчивали и приподнимали округлую Наташину грудь. Наташин животик оголился и выглядел очень эротично. Я молчал и пытался всё понять — взрослая женщина при мне практически разделась до белья. Да, я видел её уже в купальнике на пляже, но это совсем не то!

Я посмотрел на Лию. По идее, Лия должна была понять железобетонный намёк подруги и пойти куда-нибудь по делам. Лия, похоже, поняла его иначе:

— Да, жарища невыносимая. Как жаль, что кондиционера нет. — она привстала, задрала своё платье и стащила его через голову. Мне показалось, что у меня отвисла челюсть.

На Лие были белые трусики и белый мягкий лифчик с едва заметными кружевами. Женщина демонстративно обмахнулась лежащим на столе журналом как веером и посмотрела на меня.

— Да, жара просто ужас какой-то... — пробормотал я, поколебался мгновение и снял футболку. Теперь мы все сидели за столом раздетые до пояса, разве что дамы были в бюстгальтерах. Я не знал, как себя вести и что дальше говорить.

— Лийка, смотри как ему жарко. Давай-ка поможем ему. — Дамы вдруг синхронно встали, приблизились ко мне и повалили меня на диван. Я дал им себя опрокинуть, и они взялись за мои шорты — рраз, и шорты слетели с моих ног. Я остался лежать перед двумя женщинами в одних плавках.

— Как похож, а? — сказала Лия. — Совсем как Алёшка.

Они переглянулись, сели по обе стороны от меня и погладили меня руками по груди и животу. Я задрожал от этих приятных касаний прохладных женских ладошек. Женщины играли с моим телом, водили ладонями по моим ногам, по внутренней стороне бедра и прямо по трусам — мой член напрягся и отчетливо вздымался под тканью плавок. Лия погладила его ладошкой сквозь трусы и наклонилась ко мне ближе.

— Тебе нравится?
— Да, — выдохнул я.

Лифчик на ней вдруг расстегнулся и чашечки упали прямо на меня. Белые груди с большими сосками висели прямо надо мной. Женщина нагнулась ещё ближе, посмотрела мне в глаза и медленно впилась своими губами в мои. Её губы оказались горячими и нежными, я с наслаждением целовал их.

Она отстранилась, и я увидел, что Наташа уже тоже обнажилась до пояса. Её грудь тоже была белой и выглядела очень нежно и изящно. Наташа наклонилась ко мне и опустила груди прямо на моё тело. Я почувствовал ласковое прикосновение женской кожи... Наташа чуть изогнулась и провела грудью по моей груди и немного по животу. Это было безумно приятное ощущение, я не удержался, обнял женщину рукой за голую талию и наклонил к себе поближе.

Приблизив её лицо к себе, я поцеловал и её. Наташины губы мне показались чуть тоньше и чуть нежнее, чем Лиины. Я гладил её по бархатной спине, по нежным линиям тела, коснулся правой груди и нежно помассировал её. Какое удовольствие! Последний раз у меня была девушка больше чем полгода назад, когда я познакомился в зимнюю сессию, и у неё не было таких пышных полушарий. Я сжал Наташин сосочек и чуть покрутил его, больше наслаждаясь этим сам, чем даря удовольствие ей.

Лия тем временем гладила мои плечи, руки, ноги. Она поддела пальчиками мои трусы и потянула их вниз. Я позволил ей стащить их с себя, и мой напряженный член затрепетал прямо перед дамами.

Лия осторожно коснулась яичек и нежно погладила кожу мошонки кончиками пальцев. Я вздрогнул от удовольствия. Наташа тем взяла мой член в ладонь и осторожно оттянула кожу вниз, полностью обнажая уже почти открытую головку. Другой рукой Наташа погладила меня по лобку и по бёдрам.

Лия нагнулась совсем низко и поцеловала внутреннюю сторону бедра совсем недалеко от члена. Горячий поцелуй чуть ли не обжёг меня. Наташа наклонилась ко мне, легла грудью на мой живот и стала целовать мою практически безволосую грудь и мои соски. Ещё ни одна девушка не целовала мне соски — это оказалось очень нежное и приятное ощущение.

Я дотянулся до Наташиной правой груди, нежно смял её и стал вращать и массировать её упругий сосочек. Другой рукой я поймал левую Лиину грудь и нащупал её сосок, мгновенно затвердевший в моих пальцах. Женщины целовали меня, ласкали и гладили моё тело, а я старался как можно старательнее гладить и ласкать их в ответ.

Когда в очередной раз Наташина юбка коснулась моего бедра, я нащупал на её поясе молнию и осторожно расстегнул её одной рукой. Наташа отвлеклась, взялась за края юбки и спустила её вниз. Теперь, как и Лия, она была в одних трусиках, правда чёрных, но очень кружевных. Сквозь прозрачную сеточку было видно рыжеватую полосочку волос на лобке. Я благодарно погладил женщину по попке, ощущая упругую ткань трусиков под рукой.

Лиины поцелуи были уже совсем близко к члену. Она вдруг подняла голову, подмигнула Наташе и спросила:
— Устроим молодому человеку рай на земле?

Наташа игриво посмотрела на меня и нагнулась ближе к члену. Уверенно взялась за ствол правой рукой, приоткрыла губки и осторожно погрузила блестящую головку прямо в рот. Не успел я почувствовать горячие и нежные губы Наташи на своем члене, как Лиин язычок начал облизывать мои яички. Женские руки тем временем ласково гладили мои бёдра и лобок.

Я изнывал не столько от наслаждения, которое дарили мне ласки Лии и Наташи, сколько от самой мысли, что две взрослые незнакомые женщины страстно и с удовольствием сосут мой член. Я не продержался и нескольких минут и даже сам не понял, как кончил. Ощущения были очень интенсивными, и сам момент я пропустил.

Наташа чуть отстранилась и ладонью смахнула смесь спермы и слюны с губ. Улыбнувшись, она смерила меня взглядом:
— Интересно, молодой человек, на что же вы способны для двух дам?
— На что угодно! — выдохнул я.

Лия посмотрела на мой упавший член:
— Ой ли? Наташенька, как ты думаешь, нам хоть что-нибудь достанется?

Я спешно собрался с силами и повалил Наташу на диван рядом с собой. Мои руки сами нашли её груди, я начал целовать её в губы, шею и плечи... Наташа засмеялась, расслабилась и вся раскрылась передо мной, давая мне доступ к своему телу. Я исступленно ласкал и гладил её тело, тем временем прикидывая, как бы мне одновременно уделять внимание и второй женщине.

Наташа вдруг помогла мне:
— Лиечка, иди сюда, — она похлопала по дивану рядом с собой. — Ложись вот тут.

Лия опустилась на свободное место рядом с Наташей, и они слились в поцелуе. Я целовал Наташин животик и восхищенно наблюдал, как груди обеих женщин почти соприкасаются совсем рядом со мной. Наташа смяла Лиину грудь рукой, а Лия запустила свою ладонь в Наташины волосы. Они целовались и ласкались, почти не обращая внимания на меня.

Я взялся за резинку Наташиных черных кружевных трусиков и потянул их вниз. Медленно, с наслаждением разглядывая, как перед моими глазами появляются светлорыжие волоски и нежная кожа женского лобка. Наташа согнула ножки, помогая мне снять с неё трусики, и затем, будто бы ничуть не смущаясь, раздвинула их передо мной.

Выстриженные полосочкой волосики, сочные нежные розовые лепестки влагалища — меня не надо было упрашивать. Я погрузился лицом в этот влажный цветок и стал старательно ласкать Наташину вульву языком. Справа от меня оказались Лиины бёдра — Лия лежала на боку рядом с Наташей, продолжая целоваться с ней и мять её груди.

Одной рукой я ухватил сзади белые Лиины трусики и потащил их вниз, огибая всю её пышную женскую попу. Лия чуть помогла мне, приспуская трусики сбоку на бедре, и вскоре тоже осталась совсем голенькой. Я погладил ладонью по внутренней стороне её бедра и осторожно нащупал мягкие половые губки. Они были горячие и истекали женскими соками. Я смочил в них пальцы и стал ласкать и массировать Лиин клитор. Лия чуть ли не обняла мою руку ногами и начала немного двигать бёдрами в такт моим движениям.

Мой член снова встал и мне не терпелось приступить к действиям, но я не решался прекратить ласки интимных губ моих женщин. Я просто прижался горячим стволом к Наташиной ноге и наслаждался соприкосновением с её прохладной кожей.

Наташа приподнялась на локтях, перестала целоваться с Лией и посмотрела на меня:
— Алёшенька, или сюда. — она развела ножки в стороны и призывно вильнула бёдрами. Лия слезла с моей ладони, отодвинулась в сторону и стала с интересом наблюдать.

Я покосился в сторону своей одежды:
— У меня презервативы есть...
— Не нужно, Алёшенька. Тебе нужны, Лиечка?

Лия с улыбкой покачала головой:
— Мне их и надеть-то не на что.

Я не стал ждать, поднялся и лёг на Наташу. Член мягко погрузился во влажное лоно и я затрепетал от ощущения тепла и нежных касаний вокруг ствола. Головка проникала всё глубже, раздвигая мягкие складочки Наташиного влагалища. Мои бёдра плотно прижались к Наташиным, наши тела сплелись вместе. Я почувствовал, как её соски упруго соприкоснулись с моей грудью.

Насладившись ощущениями первого проникновения, я начал двигаться. Член тонул во горячей и влажной глубине, приятные женские ножки оплели меня, и я почти забыл про Лию, когда её ладошки вдруг погладили меня по напряженным ягодицам, едва не коснулись ануса и скользнули между моих ног, к мошонке. Я почувствовал, как Лиины пальчики поглаживают то мои яички, то Наташины влажные губки. Лия сидела где-то у нас в ногах и ласкала нас с Наташей.

— Ммм, Лиечка... — простонала Наташа.

Наташино влагалище вдруг сжало мой член плотней и я почувствовал его нижней стороной что-то необычное. Похоже, Лия просунула пальчик прямо под моим членом. Я сделал сильное движение бёдрами и ощутил кисть её руки прямо у нас с Наташей между ног. Скользкий пальчик продолжал ласкать Наташу изнутри, чуть оттягивая её влагалище вниз.

Вторая рука Лии опустилась мне на ягодицы и стала гладить меня, двигаясь в такт с ними. Вскоре нежные женские пальчики проскользнули в щель между ягодицами и Лиин большой палец лёг на кружок моего ануса. Я почувствовал, как она приятно массирует это напряженное колечко, и с удовольствием продолжил трахать Наташу. Ощущения от того, что мой член раз за разом погружается во влагалище, и одновременно другая женщина ласкает мой анус, были просто невероятные.

Наташа выгнулась подо мной и, сбиваясь, проговорила в сторону Лии:
— Ах, Лиечка, это так хорошо.. Хочешь попробовать?
— Спрашиваешь. — Лия рассмеялась, а Наташа жестом остановила меня и выскользнула из-под моего тела.

Я повернулся и посмотрел на Лию: женщина откинула волосы в сторону и стала на четвереньки попкой ко мне. С нескрываемым удовольствием я стал рассматривать это радующее каждого мужчину великолепие: белые полушария округлой женской попы, крепко сжатое розовое колечко ануса и чуть припухшие влажные губки, окруженные завитками чёрных волос под ним. Лия чуть раздвинула ножки, я стал на колени и придвинулся к ней поближе.

Мой член был скользкий и весь блестел от Наташиной влаги. Я приблизился ко второй женщине вплотную и положил ладони ей на бёдра, чтобы ощутить свою власть над женским телом. Лия приятно подалась назад под моими руками. Я направил член прямо в устье её влагалища и легко проскользнул в горячую и влажную глубину. Лиино влагалише показалось мне чуть короче и плотнее Наташиного.

Я сделал несколько пробных толчков и набрал ритм, делая широкие движения и насаживая женщину на свой член всё сильнее. Лия опустила голову и двигала бёдрами, навинчиваясь на мой ствол. Я забылся в приятных мыслях о двух женщинах и движениях в одной из них, а Наташа некоторое время отдыхала рядом.

Продолжая толчки, я посмотрел на Наташу, чуть отдышался и решился предложить:
— Девчонки, а можно такую штуку... Я всегда хотел попробовать. — Я перевёл дыхание. — Наташа, становись сюда рядом.

Лия чуть обернулась, наблюдая, а Наташа стала рядом с ней на четвереньки. Теперь обе женские попы были прямо передо мной: одна, плотно насаженная на мой член, и вторая, сочная и округлая, совсем рядом. Я вынул мокрый член из Лии, подвинулся, разглядывая два призывно раскрытых влагалища перед собой, и с наслаждением всадил член в самую глубину Наташиной дырочки. Разница в ощущениях между обеими женщинами подарила мне ещё одну волну наслаждения.

Насаживая Наташу поплотнее, я погрузил два пальца в Лиино влагалище и стал ласкать её изнутри. Женщины тем временем дотянулись до грудей друг друга и стали целоваться, массируя пальчиками сосочки одна другой. Похоже, у них был большой опыт во взаимных ласках.

Я снова остановился, вынул член из Наташиной дырочки, передвинулся к Лииной попке и вставил его в разгоряченное влагалище. Горячие влажные стенки охватили мой ствол и чуть ли не засосали его внутрь. Свободной рукой я нащупал Наташины влажные губки и стал теперь ласкать их в такт своим движениям.


Мы продолжали и продолжали, пока дамы не истощили меня полностью и я не упал без сил. Мы уснули все втроём в каком-то сумасшедшем переплетении, и этот сон был безумно сладок для меня.